May 6th, 2009

Irina

Иван Севастьянов. Сто театральных эскизов.

 Пожалуй, только в момент подготовки спектакля эскизы костюмов, и уж тем более – декораций, могут казаться чем-то второстепенным, подготовительным и не особо ценным. Но проходит время и они по праву становятся не только частью чьей-то коллекции, но и просто изящным украшением интерьера. Потом проходит больше времени – спектакль снимают с репертуара, режиссера и артистов иногда уж нет, а листы и холсты живут. Кстати, вот что интересно – рисунки Льва Бакста, ну, например, эскизы костюмов Карсавиной и Нижинского для дягилевских спектаклей, сразу становились предметом охоты собирателей современной (того времени) живописи или лежали-пылились какое-то время в папках, никому не нужные?.. 

 А вчера в ЦДХ открылась выставка "Иван Севастьянов. Сто театральных эскизов", организованная Фондом содействия изучению, сохранению и популяризации культурного и исторического наследия "Наше искусство" при поддержке аукционного дома "Кабинетъ", и не будет преувеличением назвать этот проект культуртрегерским. 

В экспозиции, как следует из названия, представлено около ста работ – живописные полотна, графические эскизы декораций, выполненные в смешанной технике, акварельные эскизы костюмов. Народный художник России Иван Севастьянов (1920 – 2004) – как раз из числа тех театральных мастеров, чьи работы долго были неизвестны широкой публики, кроме той, разумеется, что ходила на спектакли, им оформленные. А спектакли шли в разных городах когда-то большой страны. С 1963 по 1976 год он был главным художником Театра оперы и балета им. Кирова в Ленинграде – бывшей-будущей Мариинке. Перед этим (с 1952 г.) – десять лет в Новосибирском театре оперы и балета, уникальное здание которого – самый большой театр в России с 60-метровым в диаметре куполом и сценой глубиной 30 м. Время работы на этих театральных просторах – самое плодотворное в творчестве художника, тогда же он и получил звание "народного". Еще раньше (с 1945 г.) Севастьянов – главный художник саратовского театра, где наиболее эффектной постановкой молодого художника, по воспоминаниям очевидцев, была "Травиата". На сцене в окружении черного бархата с серебристыми кружевными занавесами поражали зрителей огромные панно-воспроизведения картин французских художников: "Олимпии" Эдуара Мане, "Набережной Сены" Альфреда Сислея, "Парижского бульвара" Камиля Писсарро – смелое решение для художника, совсем недавно начавшего работать в театре. Помимо этих ключевых вех, были еще постановки в Одессе, Тбилиси, Минске, Свердловске, Улан-Уде, болгарской Софии, но главными, безусловно, были Ленинград и Новосибирск. Севастьянов ставит практически весь классический оперный и балетный репертуар – "Чародейку", "Майскую ночь", "Садко", "Ромео и Джульетту", " Сказку о царе Салтане", "Бориса Годунова", "Хованщину", "Царскую невесту", "Лебединое озеро" и многие другие, а также эксперементальные – оперу венгерского композитора Френца Эркеля "Банк Бан" и балет китайца Чжан Сяо-ху "Драгоценный цветок лотоса". 
 Работы Севастьянова производят интересное впечатление – при том, что художнику нельзя отказать в самобытности, он в то же время работал в русле общей традиции русского театрального искусства, не подражая кому-то, но и не нарушая стройный ряд, начатый И.Билибиным, К.Коровиным, М.Добужинским, А.Головиным, А.Бенуа, Н.Рерихом, Ф.Федоровским и другими классиками. 
Для художника 1920 года рождения его судьба сложилась на редкость удачно. Иван Севастьянов родился в Саратовской губернии, и в конце 1930-х – начале 1940-х, когда он учился и начинал работать в театре, в Саратове еще "витали тени" великих – Виктора Борисова-Мусатова, Кузьмы Петрова-Водкина, Павла Кузнецова, Петра Уткина, а в Саратовском училище, где на театрально-декорационном факультете учился Севастьянов, еще преподавали их ученики. К тому же – и это, быть может, даже более важно – вход в училище был боковым входом в здание Радищевского музея, сформированного А.Боголюбовым, с уникальной коллекцией французской живописи, отобранной, с разрешения Александра III, из запасников Эрмитажа; а также с первоклассной коллекцией русской живописи новейшего времени, оказавшейся в Саратове по воле советских властей, и, среди прочих, работы П.Кончаловского, А.Головина, А.Лентулова, К.Малевича, А.Экстер, О.Розановой, А.Шевченко и, разумеется, все тех же великих саратовцев. Отсюда легко выстраиваются мостики ко всем работам Севастьянова, начиная с импрессионистов в "Травиате". Изысканный голуборозовский символизм отдельных сцен "Садко", "Лебединого озера" и "Баядерки". Лентуловские "пляшущие" формы в декорациях "Волшебной флейты". Пылающий красный в духе К.Петрова-Водкина на занавесе к "Князю Игорю". Тщательность в проработке каждого костюма, присущая Александру Бенуа.

Выставка "Иван Севастьянов. Сто театральных эскизов" на 2-м этаже ЦДХ продлится до 17 мая.




Collapse )
Collapse )
 

Так какого же Тициана запомнит отечественный зритель?

PhotobucketPhotobucket


Тех зрителей, кто видел в ГМИИ им. А.С.Пушкина привезенный из Флоренции знаменитый портрет Тициана, выставочный буклет не мог не удивить. В репродукции "Неизвестный с серыми глазами" (а по старому - "Портрет Ипполито Риминальди") выглядел, мягко говоря, сильно загоревшим и более коренастым, чем в оригинале.
При внимательном рассмотрении выяснилось, что издательство "Красная площадь", выпустившее буклет, не только "пережарило" репродукции, но и допустило существенное искажение пропорций портрета - вместо реального соотношения вертикали к горизонтали 1,18 в репродукции оказалось 1,13

Портрет настолько великолепен, что эти несоответствия сразу бросились в глаза, к тому же всё темное одеяние, прописанное Тицианом достаточно разнообразно, в репродукции стало сплошным бесформенным черным пятном...
Далее здесь: http://1-9-6-3.livejournal.com/212932.html