wo_necromancer (wo_necromancer) wrote in history_of_art,
wo_necromancer
wo_necromancer
history_of_art

Categories:

Мария Сафронова "Распорядок дня"



Две удачные выставки проходили в Феврале в музеи современного искусства. Первая – «Распорядок дня» - это взгляд автора на философию закрытых групп, которые благодаря своей закрытости формируют чрезвычайно стерильную чистоту и функциональность, точнее ничего кроме функциональности, что не выходит за её рамки (машина должна перевозить людей или товары и ничего сверх этого).

На первый взгляд ничего в этом плохого нет. Если ножницы сделаны так, чтобы резать, то этого в принципе достаточно. Логически это верно. Зачем ножницам дополнительные атрибуты, если главная цель – резать. Можно спокойно вспомнить, как выглядели ножницы в СССР, в стране, которая являлась одной большой группой, которая была закрыта и в которой стремились сделать всё так, чтобы предметы и люди были максимально лишены дополнительный свойств, красочной обёртки. Врач должен был лечить, машина должна была перевозить семью или холодильник, еда была нужна главным образом для удовлетворения первичной необходимости. Именно так. Еда - не как вид искусства или вид наслаждения, а только и исключительно только для поддержания жизнеспособности. Исключение делалось только дня некоторых праздников.



Итак, выставку начинает довольно забавный плакат «Распорядок дня» примерно следующего содержания: 7.00 подъём, 7.30 ванная, 8.30 сдача анализов, 9.30 завтрак, 11.00 отдых, 13.00 процедурная, 14.30 отдых, 15.00 общение с главврачом и т.д. На первый взгляд всё прекрасно. Отдых, отдых и отдых. НО! По мере продвижения начинаешь понимать довольно жуткую картину.


Так, на картинах «Очередь» и «Анализы. Процедурная» все пациенты стоят в очереди. Никто не может выйти из неё, облокотиться на стену, сесть на корточки или на 5 минут отойти. Все чётко выполняют предписанные правила – стоять и ждать своей очереди.




На картине «Отдых. Коридор». Все пациенты выстроились вокруг рабочего, который вкручивает лампочку. Несмотря на банальность работы, она, согласно Гегелю, делает человека человеком (осознаёт себя) и поэтому пациенты, которые полностью лишены работы, смотрят на него и на то, что он делает, с нескрываемым интересом, т.к. сами лишены подобного и должны соответствовать рамкам дозволенного.



Картина «Обед. Столовая» представляет собой столовую, где все пациенты едят точь в точь одинаковую еду, но…в разных позах. Один сгорбился как глубокий старик, другой прям, как гладильная доска, третий ест, наклоняя голову вправо и т.д. Однако главное то, что еда, тарелки, чашки и пр. одинаковы как две капли воды. Можно вспомнить тот же Макдональдс. Если присмотреться, то очень редко когда можно обнаружить два зеркальных заказа, несмотря на то, что Макдональдс, это вверх стандартизации. Однако даже он умеет разнообразить еду, обстановку, меню, т.к. понимает, что необходим выход за пределы границ стандартизации. Здесь же, всё стерильно, стандартизировано и всё служит какой-то одной цели, без добавлений.
Далее пациенты переходят в комнату отдыха. Это картина называется «Телевизор. Столовая». На картине в центре помещён телевизор, который своими яркими красками создаёт резонанс с окружающей обстановкой. Он - единственное средство для красок, для другой жизни. Но никто не смотри его. Все заняты своими мыслями, смотря на потолок, на пол, но никто не видит единственно не вписывающийся в этот мир телевизор, который показывает мультфильм «Винни Пух».



Чтобы как-то вырваться за рамки, некоторые пациенты устраивают драку, но это банальный срыв, выплеск эмоций, который не помогает остановить, прервать этот однообразно движущуюся жизнь, где всё запланировано на много дней или недель вперёд, где всё известно, где нет приятных неожиданностей, нет сюрпризов, радости и огорчений, где всё расписано до мельчайших деталей и всё лишено хоть каких-то эмоций. Короче говоря, где жизнь – это «распорядок дня». И лучшим выражением, по моему мнению, является то, что автор на всех картинах, где это, возможно, изобразил простую, совершенно обычную лампочку. Обычная лампочка, без каких-то дополнений в виде люстры или бра. Одна голая лампочка, цель которой только одна – светить. Так и люди там – «голые», цель которых – следовать заранее написанному расписанию и выполнять только одну функцию. И только на последней картине мы узнаём, что они на самом деле хотят, на что направленны все их мысли (бессознательное). На картине «Сон» автор изобразил цветущую поляну, на которой играют, поют, и веселятся пациенты и их врачи, где всё в красках и где всё утопает в зелени природы. Это выход за «расписание», за стерильность, стандарт. Это то, о чём пел «Нау» в песни «Гудбай, Америка!», о чём многие люди мечтали жившие в психиатрической больнице под названием Советский Союз и о чём мечтают многие и теперь, кто по разным причинам закрыт в психиатрической лечебнице собственной группы (расы, нации, коллектива), кто не может, кто не способен выйти за грань стандарта и почувствовать все прелести многогранного букета, который дарит нам мир со всеми его красками и со всем разнообразием.
Tags: contemporary art, Россия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments