fineartacademy (fineartacademy) wrote in history_of_art,
fineartacademy
fineartacademy
history_of_art

Categories:

Уильям Тернер (1775-1851). Искусство возвышенного

Оригинал взят у fineartacademy в Уильям Тернер (1775-1851). Искусство возвышенного
Ни до, ни после него не было в Британии другого такого художника, творчество которого удостоилось бы столь полярных оценок при жизни и неутихающих ожесточенных споров после смерти. И хотя Тернер не знал недостатка в страстных защитниках, готовых утверждать, что он был, «первым пейзажистом Европы», на первых порах его работы повергали публику в смущение и даже вызывали неприкрытую злобу.
Угрюмый нрав, наряду с неприкрытым стремлением добиться успеха любой ценой, да еще и сделав всё по-своему, тоже разводил его современников по разные стороны баррикад. В светских кругах Лондона эпохи регенства его прямолинейный и профессиональный подход к искусству считался в высшей степени вульгарным. А сам он в чем-то напоминал одного мужиковатого персонажа Джейн Остин, тут и там попиравшего тщательно разработанные, хотя и никогда не оглашаемые вслух правила приличия.

"Автопортрет". Ок. 1799. Холст, масло, 74.3 x 58.4 см.

Единственный автопортрет английского Тернера был написан, как считает большинство исследователей, в 1799 году по случаю его избрания в члены-корреспонденты Королевской Академии художеств. Через три года он стал действительным членом Королевской Академии — на тот момент единственным, удостоенным этого звания в возрасте 27 лет.
Известно, что Тернер противился созданию своих портретов так как по представлениям того времени черты его лица считались слишком грубыми, не соответствующими возвышенному духу его творений. Этот автопортрет — одно из немногих изображений человека в его творчестве.
Тернер изобразил себя сдержанным молодым человеком, уверенно смотрящим на зрителя из окружающего его полумрака. Его глубоко посаженные глаза, ясные и внимательные, чуть затенены из-за яркого света, падающего сверху и освещающего его волосы, уложенные и напудренные в соответствии с модой, вероятно, отцом художника, который в те годы ещё работал цирюльником. Наряд Тернера, особенно щегольской шейный платок, также указывает на его внимание к моде. Портрет не просто запечатлевает новый статус художника, но навсегда утверждает его место в истории английской живописи.

"Рыбаки в море". Экспонировалась в 1796 г. Холст, масло, 91.4 x 122.2 см.
Первая картина написанная в масляной технике, которая была представлена Тернером на ежегодную выставку в Королевской Академии. До этого в течение 6 лет он экспонировал там только акварели. Художнику исполнился 21 год, и он решил, что пора заявить о себе как о живописце, выставив работу более честолюбивого характера. До этого времени о попытках Тернера писать маслом практически не известно, однако уровень мастерства и качество картины указывают на то, что это был не первый его серьезный опыт.
Рыбацкие лодки, словно на мгновение выхваченные из темного небытия ночи яркой луной, изображены у берегов острова Уайт — большого острова у северного побережья Англии. Тернер побывал там в 1795 году и выполнил ряд рисунков и акварельных набросков побережья. Композицию похвалили за натурализм в «Критическом путеводителе» по выставке в Академии: «лодки устойчиво держатся на плаву и хорошо плывут, а волнение на море восхитительно обманчиво». Работая со светом и тенью и сочетая лунный свет и отблески огня, Тернер сознательно пишет в духе своих предшественников — таких, как Клод-Жозеф Верне, Джозеф Райт из Дерби и Филипп Жак де Лутербур.

"Десятая казнь египетская". Экспонировалась в 1802 г. Холст, масло, 143.5 x 236.2 см.
Эта картина – наиболее зримый опыт Тернера в попытке приблизиться к эпическому возвышенному духу французского художника Никола Пуссена. Для публики той эпохи Пуссен был непререкаемым образцом исторической живописи, которая ставилась выше прочих академических жанров, поскольку перед художником стояла задача в одной картине выразить сложнейшие, глубинные аспекты человеческой природы. Избранный Тернером сюжет – гибель всех старших сыновей египетских в знак возмездия за порабощение евреев – безупречен в своей трагичности, и темные тучи, надвигающиеся на город, несут весть о неминуемой погибели. Однако люди на переднем плане держат себя сдержанно и стоически, в чем тоже проявляется влияние Пуссена.
Не стоит удивляться, что "египетский" пейзаж не совсем соответствует реальным видам страны фараонов, так как в европейской живописной традиции еще не сложилось убеждение о необходимости достоверности изображения фонов для библейских сюжетов.
Тернер выставил “Десятую казнь” сразу же после избрания действительным членом Академии в феврале 1802 года. Следовательно, картина служит закреплению его права на собственное место как в британской традиции, так и в более широкой континентальной.

"Снежная буря. Переход Ганнибала через Альпы". Экспонировалась в 1812 г. Холст, масло 146 x 237.5 см.
Это полотно стало одним из самых смелых и значительных среди произведений молодого художника. Вместе с ним в каталоге выставки впервые появились строки из неоконченной и неопубликованной поэмы Тернера «Обманчивость надежды».
Строками своей поэмы Тернер расширяет исторический контекст картины, на которой перед зрителем предстает повергающее в трепет зрелищ, повергающих в трепет природных стихий. Крупный формат полотна подчеркивает незначительность слабых человеческих фигурок, ставших жертвами природы. Замысел Тернера сочетает эмоциональное воздействие пейзажа с нравственными и интеллектуальными задачами исторической живописи.
Сюжет основывается на повествовании Тита Ливия о сражениях карфагенянина Ганнибала с представителями местных племен во время перехода через Альпы в Италию в 218 году до н.э. В качестве места действия Тернер выбирает долину Аоста, где сам побывал во время путешествия на континент в 1802 году. Сражение, которое зритель видит чуть сверху, разворачивается через всю картину, уходя вдаль (на горизонте виден один из легендарных слонов Ганнибала). Пряча повторяющиеся фигуры солдат и их копий в туманном вихре неистовствующей бури, Тернер наделяет как сражение, так и окружающий пейзаж ощущением бескрайности.
Кроме истории Ганнибала в картине наличествует и современный подтекст. Тернер отсылает зрителя полотна к картине современного французского художника Жака-Луи Давида «Наполеон на перевале Сен-Бернар» (1800), которую Тернер видел во время путешествия в Париж в 1802 году. Картина самого Тернера, написанная в разгар войны с Францией, когда Наполеон вел наступление на Россию, по всей видимости, отсылает к недавнему вторжению Наполеона в Тирольские Альпы. Снежная буря может быть рассмотрена как предзнаменование краха амбиций как Карфагена, так и наполеоновской Франции.

"Сбор турнепса около Слау ('Виндзор')"  Экспонировалась в галерее Тернера в 1809 г. Холст, масло, 101.9 x 130.2 см.
Тернер противопоставляет вид Виндзорского замка, главной резиденции короля Георга III, изображению повседневного крестьянского труда. Данное автором название привлекает внимание именно к последнему, тогда как на точное место действия указывает лишь намеренно расплывчатое «около Слау» – городка, расположенного неподалеку от Виндзора. В прочих работах Тернер изображает Виндзор идиллически, но здесь более важную роль играет контраст со всем окружающим, и основная красота работы заключается в окутывающей замок легкой. Однако нельзя сказать, что главная тема и задний план никак не связаны между собой. Георг III пользовался заслуженной славой реформатора сельского хозяйства, он постоянно внедрял в королевских угодьях новые методы, стремясь их усовершенствовать. В военное время здоровье сельского хозяйства было жизненно важно. Зимний сбор турнепса, изображенный Тернером, входил в число нововведений и был более выгоден, потому что позволял создать запасы дополнительного фуража для скота, а также подготовить землю к новому севу. Таким образом, творение Тернера сводит воедино символ Британской монархии и сельскохозяйственную эффективность, которой эта монархия стремилась добиться.

"Упадок Карфагена…"  Экспонировалась в 1817 г. Холст, масло, 170 x 238.5 см
Полное название картины звучит так: «Упадок Карфагена: Рим твердо вознамерился уничтожить ненавистного соперника, выставляя ему такие условия, чтобы либо вовлечь в войну, либо погубить согласием: взволнованные карфагеняне, стремясь к миру, согласны уступить противникам свое оружие и своих детей». Она была впервые выставлена в Королевской академии в 1817 году, и сопровождалась такими строфами автора:
(...Своей страны оплот,
И гордых матерей отважные сыны
Жестокому врагу на милость отданы,
А солнце вечное, уже сходя с высот,
В объятия грозу сулящей пелены
Зловеще село.)

По преданию, древнее государство Карфаген в Северной Африке было основано царицей Дидоной. За свою жизнь Тернер исполнил немало картин по мотивам как известной истории Карфагена, так и легенды о скитаниях Энея в поисках Рима. «Упадок Карфагена» стал парной картиной к более ранней работе, «Дидона, строящая Карфаген; или Подъем Карфагенской империи». Обе представляют собой большие сцены в гавани, где надо всем царит солнце, символически восходящее и, напротив, заходящее в центре композиции. В обеих картинах узнаются отголоски искусства Клода Лоррена. Согласно условиям завещания Тернера, картина «Дидона, строящая Карфаген» сейчас висит в Национальной Галерее, рядом с шедевром Клода Лоррена «Отплытие царицы Савской». Тернер восхищался Лорреном сильнее, чем каким-либо другим художником, и в пейзажах нередко имитировал стиль этого мастера семнадцатого века. Он щедро наделяет картину «Упадок Карфагена» чистыми цветами и золотым светом, столь характерным для работ Лоррена.
В расширенном варианте названия картины и сопровождающих его поэтическим строках содержится отсылка к Пуническим войнам, бушевавшим между Римом и Карфагеном почти 120 лет. Могучая Карфагенская империя проиграла три кампании подряд, пока наконец в 146 году до н. э. римляне не захватили сам город, уничтожив его полностью, а всех обитателей перебив или захватив в рабство. Однако картина Тернера иллюстрирует скорее не физическое разрушение города, а увядание его духа. Величественная архитектура гавани не тронута, однако разбросанные на переднем плане предметы наводят на мысль о разрухе и навевают ощущение меланхолической обреченности. Большинство карфагенян, собравшихся у воды – женщины, глядящие на гаснущий свет заходящего солнца. Остатки флота покидают город, увозя на борту юношей, обреченных на смерть или рабство в Риме. В тенях переднего плана безвольно качается на водах прибывающего прилива брошеный детский кораблик.
Идея о двух конфликтующих великих морских державах тоже была созвучна мыслям современников Тернера, намекая на борьбу Англии и Франции во время наполеоновских войн.
Tags: 19 век, Англия, живопись, классицизм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments